Жареный поросенок презрительно смотрел на людей сверху вниз. Свинтус был нарисован масляной краской на натюрморте. Сама картина висела над кассой в столовой самообслуживания офисного центра. Натюрморт своей аппетитной красотой должен был отвлекать посетителей от слипшихся макарон и картофельного пюре из порошка.
Но привычные ко всему мелкие клерки и работяги не обращали на репродукцию внимания. Изголодавшись с утра на работе, они были готовы закинуть в свои желудки все что угодно, лишь бы побольше и подешевле. Непонятно какими путями в эту очередь затесался иностранец с переводчиком. Толмач брезгливо оглядывал блюда на прилавках, а зарубежный гость опасливо вдыхал незнакомые запахи и озирался по сторонам. Поросенок на картине скривился:
- Инострашка командировочный! Видали мы таких. Типа у них кризис, вот и решил сэкономить на суточных. Жадины забугорные!
Когда подошла очередь иностранного джентльмена, переводчик было напрягся, готовясь к выбору блюд в бедном столовском меню, но тетка на раздаче неожиданно блеснула знанием иностранных языков. Она по очереди ткнула толстым пальцем в подносы с едой:
- Порк (свинина), биф (говядина), фиш (рыба) , чикен (цыпленок)! – и на последнем слове она гордо оглядела очередь.
- Во как у нас! Не пострамимся перед державами, - хмыкнул поросенок на картине.
Но с гарнирами вышла неувязка. Как будут по-английски макароны и пюре, раздатчица не знала. Тут вмешался переводчик:
- Гречки ему кладите. Только немного. Я скажу, что эта икра такая, коричневая. Зажал представительские, пусть теперь гречкой давится. Продолжение ...
