Удача в тапочках

- Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь, - так успокаивала себя барышня по имени Машка, судорожно роясь в карманах по пути на третий этаж к кабинету английского языка. Она подошла к двери, бросила на пол сумку с книгами, еще раз обхлопала все карманы, и достала из перчатки … ключ от кабинета. Потому что Машка была учителем английского и немецкого языка и пять дней в неделю вдалбливала неправильные глаголы в извилины подрастающего поколения. И звали ее вовсе не Машка, а Мария Васильевна.

Некоторые скажут, что быть учителем иностранного языка – золотая жила. Сейчас все родители спят и видят, чтобы их чадо лопотало по-тарабарски. Частные уроки и другие прочие материальные знаки внимания вполне могут обеспечить учителю-иностранцу безбедную жизнь. Но только не Машке. Среди учителей тоже есть дедовщина.

На выпускницу педвуза свалили все худшие классы. Вот и вкалывала Машка без продыху. После работы у нее не то что по-английски язык не ворочался, а даже на русском говорить сил не было. Какие уж тут частные уроки! До дому бы доползти.

А еще ей дали самый худший кабинет, у лестницы. И старшеклассники быстро нашли себе развлечение Продолжение ...

От Японии до Польши

Русский медведь
Превед медвед!

В былые времена одна девушка закончила медицинский институт  и после него поехала на стажировку в Германию. Как ей это удалось, не знаем, то ли звезды так встали, то ли фортуна  улыбнулась во все тридцать два зуба, не о том речь. А речь наша, вернее веселая история о том, что поехать–то в Германию девушка поехала, да вот из иностранных языков знала только английский со словарем. Поэтому,  в немецкой клинике ее для начала определили работать в  приемном покое, куда часто доставляли русскоязычных пациентов. Работа тяжелая, нервная, грязная. Вот как-то раз привезли очередного пациента, строителя-молдаванина который с лесов свалился. Весь каким-то строительным мусором облеплен, лежит, стонет, голова в кровище. Начала  русская докторша его осматривать, спрашивает:
- Тут больно?
Мужик враз стонать перестал, на врачиху глаза выпучил, за голову схватился и говорит:
-Ни фига меня шандарахнуло! Немецкий стал понимать! Я как вылечусь, теперь бригадиром стану! Продолжение ...